Сумерки богов. Хроники Эрры. Книга первая - Питер Чарски

Плевок мгновенно утонул в пузырящейся после дождя жиже. Эрик смотрел на тушу дракона и чувствовал странное разочарование. Он представлял, как сражается с такой тварью: его меч против ее когтей, его храбрость против ее ярости. Но когда они нашли дракона, тот оказался просто… мертвым. Убитым ветром, а не человеком.

– Ну и дрянь, – пробормотал он. – В этом мире все происходит не так, как надо.

Упавший дракон валялся у развалин мельницы – огромный, с перебитыми, изломанными крыльями, словно какой-то гигант взял его, скрутил, а потом изо всех сил бросил вниз. Вчерашний шторм притащил эту тварь с океана. Она врезалась в старую мельницу, снесла ей крышу и теперь подыхала в грязи неподалеку, а братья Лангобары пришли поглазеть.

– Как это его закинуло так далеко? – спросил Эрик, оглядывая небо, на котором не было уже и следа стихии. – Это же лиг десять, не меньше…

– До берега отсюда двадцать пять лиг, – осторожно заметил Томас Трилани Лангобар, средний сын лорда Лангобара, от его второй и нынешней жены.

Эрик неприязненно на него взглянул и дернул плечом.

– Какая разница сколько, все равно далеко.

– Это мы далеко забрались, и лошадей зря одних оставили, – парировал Томас. – Тут уже и до Гнилой Фермы недалеко. – Он опасливо огляделся.

Шамаш, как обычно, висел в небе раздутым пузырем. Его красноватый свет скользил по разноцветным перьям дракона, по лужам, по обломкам стен мельницы, которая стояла тут, вероятно, черт знает сколько лет. Теперь от нее остались половина крыши да часть каменной кладки. Остальное развалил умирающий дракон.

– Еще дышит, – заметил Томас. На вид ему было лет восемнадцать, тощий, как жердь, с вечно прищуренными красными глазами – привычка всех, кто нормально не спал с детства. – Смотри, глаза еще светятся!

Глаза у дракона действительно еле заметно светились. Как и полосы на его узкой и похожей на рыцарское копье морде с полуоткрытой пастью, усеянной рядами мелких кривых зубов. Наверное, это свечение как-то помогало ему в его небесных странствиях, но сейчас от него было мало толка. Дракон угасал, как свеча на ветру.

– Скоро издохнет. Вопрос времени. – Эрик пожал плечами. Двадцать с лишним лет, пара полученных в драках шрамов и взгляд человека, который уже видел достаточно дерьма, чтобы перестать ему удивляться.

Младший брат, Лукас, жался к Томасу. Девять лет – возраст, когда уже пора научиться бояться правильно: не суетиться, а терпеливо ждать, когда явится очередная напасть.

– А если дракон встанет? – прошептал он.

Эрик хмыкнул. Резко повернулся, выдернул из руки Томаса охотничью пику, на которую тот опирался, решительно подошел к дракону и ткнул его в бок. Кожа треснула и разошлась, открыв широкую рану. Оттуда потекла красноватая жижа, солено воняющая тухлятиной. Тварь дернулась, хвост взметнул фонтан грязи.

– Вот так прямо и встанет. – Эрик вернулся и вытер наконечник пики пучком мха. – Урок жизни, Лукас. Дракон думал, что он могуч. Он повелитель неба. Но буря оказалась сильнее. И он сдох. Как и все мы когда-нибудь сдохнем.

– Ты всегда такой веселый, – буркнул Томас.

Он осторожно подошел к туше, присел на корточки. Надел на руку перчатку и потрогал перепонку крыла – порванную и висящую тряпкой.

– Знаешь, что интересно? Эти твари не летают, то есть не машут крыльями, как вороны. Они парят в воздухе. Используют… как это правильно сказать… convectio. Восходящие потоки. Так им не надо тратить лишние силы, и они могут парить сутками. Этот дракон, верно, был в таких далях и столько всего видел над океаном. Может быть, даже над Золотым островом пролетал. В старых книгах про это…

Лукас вдруг отцепился от Томаса и сделал шаг вперед. Протянул руку к морде дракона и погладил ее рядом с закрытым подергивающимся глазом.

– Не трогай ты эту дрянь! – тут же рявкнул Эрик. – Еще заразу подхватишь!

Но мальчишка уже испачкался и его пальцы стали блестящими от слизи.

– Фу! – Лукас попытался вытереть руку о штаны. Не помогло. – Она липкая, – жалобно сказал он, беспомощно поглядев на братьев.

– Вот теперь ты точно не поедешь со мной обратно, – заявил Эрик. – Иди пешком до самого замка. Один пойдешь, через туман!

Губы Лукаса задрожали. Он посмотрел на Томаса, ища поддержки.

– Да ладно тебе, – вступился средний брат. – Лукас, не слушай его, он шутит.

– Плохо шутит, – пробормотал Лукас, оттирая руку.

– Сколько тебе лет? – строго спросил Эрик.

– Д-десять…

– А ведешь себя на семь. Трусишь.

– Я не трушу! – Лукас выпрямился. – Просто… осторожничаю.

Старшие братья переглянулись.

– Молодец, давай дальше осторожничай, – кивнул Эрик. – В этом мире не осторожничают только покойники.

– А может, это про… пророчество? – с трудом выговорил Лукас и сразу же затараторил, широко раскрыв глаза. – Мама говорит, что видела сон. Вещий сон. Летающее чудище падает с неба. Как этот дракон! Может, это про отца? Или про войну со Стиппером?

– Твоя мать видит вещие сны почти каждую ночь, – отрезал Эрик. – Что-то потом сбывается, но половина – сущий бред.

– Эй, не говори так про мою маму, болван!

– Лукас, не дерзи старшему брату!

– Да и про какую такую войну ты говоришь? – меланхолично продолжил Эрик, присаживаясь на корточки и не обращая внимания на то, что Лукас уже стоял рядом, сжав кулачки, – Пока наша война со Стиппером заключается в том, что мы трясемся от страха в замке, а он где-то на побережье выслеживает рыбоедов.

– Ой, а что это там такое? – настороженно спросил Лукас. Он уже забыл про стычку с братом и теперь отчаянно пытался рассмотреть что-то в тумане.

Томас резко обернулся. В тумане, окутавшем дорогу к мельнице, и правда что-то двигалось. Не всадники. Фигуры, сгорбленные и похожие на тени.

– Кажись, кто-то идет. – Томас поднялся, придерживая пику, и прищурился. – Что-то их много, с десяток…

Эрик уже стоял рядом, рука легла на рукоять меча.

– Это не наши. Ты посмотри, как идут.

Фигуры, сутулые и закутанные в лохмотья, приближались. Еще через миг братья смогли их разглядеть: вытянутые морды, сгорбленные спины, слишком длинные для человека руки.

– Квадры, – выдохнул Томас. – С Фермы.

– Бегом, – коротко бросил Эрик. – К лошадям. Сейчас.

Он схватил Лукаса за руку и потащил к пригорку, где они оставили коней. Томас бежал следом, оглядываясь. Фигуры в тумане ускорились – уже были слышны их хриплые резкие выкрики, больше похожие на лай, чем на человеческую речь.

Эрик первым добрался до своего гнедого и легко вскочил в седло. Конь фыркнул, поднял уши и испуганно взрыхлил копытом землю.

– Том, давай быстрее! Да брось ты эту пику! Лукас, сюда! Ко мне!

Он подхватил младшего брата одной рукой и закинул перед собой в седло. Томас уже возился со своей кобылой – вредная скотина нервничала, дергала головой, не давалась.

– Эй, тихо ты! – Томас схватился за луку седла и попытался вскочить, но лошадь испуганно отпрянула.

Квадры были уже совсем близко. Из тумана на пригорок выскочил первый – сгорбленная корявая фигура с крысиной мордой, хищно торчавшей из-под капюшона. Длинные пальцы с когтями сжимали дубинку. За ним следом еще двое.

– Ловеки! – прохрипел первый. – Железо! Брать! Нож!

Эрик развернул коня.

– Том, давай!

Томас дернул поводья, и лошадь наконец подчинилась. Он вскочил в седло, пришпорил кобылу, и та рванула с места как раз в тот момент, когда один из квадров взмахнул лапой – камень просвистел мимо головы Томаса и ударился о ствол дерева.

– Быстрей! – заорал Эрик и погнал своего коня прочь от мельницы.

Томас мчался следом, пригнувшись к шее лошади. Позади раздавались хриплые вопли квадров – разочарованные и злые. Еще один камень просвистел мимо, но они уже были вне досягаемости.

Туман сгущался. Эрик не притормозил и гнал коня вперед, словно их преследовала сама смерть. Лукас подпрыгивал в седле перед ним, вцепившись в гриву, его глаза были широко распахнуты от страха.

– Эрик, не гони! – крикнул Томас. – Заплутаем!

Но старший брат не слушал. Дорога исчезла в молочной пелене,